Помнишь, Исаак, как нам обещали, что электричество вытеснит коня, а потом — что…

Раньше идея была тяжелой, как мокрая одесская камбала. Ее надо было нести, разделывать, жарить на медленном огне. А теперь? Ткни пальцем в экран — и идея превращается в реальность быстрее, чем ты успеешь донести рюмку до рта. Это не прогресс, это какой-то цифровой Лас-Вегас, где каждый «промпт» — это рычаг однорукого бандита. Ты дергаешь, и тебе высыпается шесть долларов. Мелочь? Ну да. Но ты понимаешь, что можешь дернуть тысячу раз за ночь. И вот ты уже не философ, ты — заведенная обезьяна в неоновом дыму.

Моя подруга — женщина тонкая, техническая, как швейцарский хронометр. Раньше она писала код, а теперь она «общается». Она нашла каких-то инфлюенсеров, установила три разных клиента и теперь шепчется с ними по ночам. Я просыпаюсь в три часа, кровать пуста, а в кабинете горит синий свет. Она не изменяет мне с инструктором по йоге, нет. Она возится с «Марусей», дрессирует своего агента, строит воздушные замки из чистого дофамина. Это не работа, Исаак, это психоз в чистом виде.

Мы превратились в стартаперов собственного безумия. ИИ делает нас в десять раз эффективнее, но мы не стали работать в десять раз меньше. Мы стали в десять раз больше хотеть. Мы завалены возможностями, как купец первой гильдии — соболями. Бери — не хочу. И мы берем. Мы строим курсы, пишем скрипты, запускаем ботов, пока глаза не начинают кровоточить.

Самое смешное, что нам весело. Мы в восторге, мы на пике, мы летим в этой центрифуге и кричим от радости, прижимая к груди свои маленькие шестидолларовые выигрыши. А утром зеркало показывает тебе человека, который похож на недогруженную текстуру в плохой игре. Усталость такая, что ее можно резать ножом и подавать к столу вместо лимона. Мы думали, что ИИ — это освобождение, а это просто очень быстрый официант, который подносит новые порции работы, пока ты не лопнешь.

Вчера я спросил свою «Марусю», зачем всё это. Она ответила что-то про оптимизацию и ценность. Дура. Она не понимает, что мы просто не умеем выходить из казино, когда свет уже гаснет. Мы работаем по двенадцать часов не потому, что надо выжить, а потому, что каждый клик — это микро-оргазм симуляции. И кажется, за следующим углом нас ждет что-то настоящее, но там опять только синий свет и звук падающих монет.

Бог создал мир за семь дней, потому что у него не было GPT-5.2, иначе бы он до сих пор вносил правки в дизайн хвоста павлина.